Почему в Новом Завете именно эти двадцать семь книг, а не другие? Расхожая история гласит, что книги выбрал император Константин или Никейский собор 325 года, а остальные запретил. Эта история, прославленная романами, неверна: Никейский собор вообще не обсуждал канон. Настоящая история длиннее, постепеннее и во многом интереснее.

Писание до Нового Завета

У первых христиан уже была Библия — иудейские Писания, которые они читали как указывающие на Христа. Когда новозаветные авторы говорят о «Писании», они имеют в виду то, что мы называем Ветхим Заветом.

Но с самого начала слова Иисуса имели авторитет, равный Писанию. Павел может решить вопрос, процитировав «Господа» (1 Коринфянам 7:10; 11:23), и он ожидал, что его собственные письма будут читать в церквях и им будут повиноваться (1 Фессалоникийцам 5:27; 2 Фессалоникийцам 3:14). Уже внутри самого Нового Завета 2 Петра 3:15–16 ставит «все свои письма» Павла рядом с «остальными Писаниями», а 1 Тимофею 5:18 цитирует изречение, которое есть в Луки 10:7, рядом со стихом из Второзакония и вводит оба словами «Писание говорит».

Так что мысль о новых, авторитетных христианских писаниях так же стара, как сами эти писания. Вопрос был в том, какие из них сюда принадлежат.

II век: Евангелия и Павел

К середине II века ядро Нового Завета было в широком употреблении.

Евангелия. Около 150 года н. э. Иустин Мученик описывает христианское богослужение в Риме: в воскресенье «читаются воспоминания апостолов или писания пророков, сколько позволяет время» («Первая апология» 67). Эти воспоминания он называет «Евангелиями». Ученик Иустина Татиан около 170 года н. э. составил Диатессарон («через четыре») — единое связное повествование, сплетённое из Матфея, Марка, Луки и Иоанна; это показывает, что эти четыре уже были признанным собранием. Около 180 года н. э. Ириней Лионский утверждал, что Евангелий не может быть ни больше, ни меньше четырёх, и сравнивал их с четырьмя ветрами и четырьмя странами света («Против ересей» 3.11.8). Его довод необычен, но его предпосылка ясна: четыре Евангелия были Евангелиями церкви. Чарльз Хилл в книге Who Chose the Gospels? («Кто выбрал Евангелия?») показывает, что это четвероевангелие утвердилось раньше и шире, чем часто думают.

Павел. Послания Павла собрали рано (см. Как был написан Новый Завет). Авторы около 100 года н. э., такие как Климент Римский, Игнатий Антиохийский и Поликарп Смирнский, знают и отражают несколько из них. Папирусный кодекс P46, около 200 года н. э., — это собрание посланий Павла, включающее и Послание к Евреям.

Маркион и вызов короткого канона

Около 140 года н. э. богатый судовладелец из Понта по имени Маркион пришёл в Рим и стал учить, что Бог Ветхого Завета — иной, низший Бог, чем Отец Иисуса. Он целиком отверг иудейские Писания и принимал только отредактированное Евангелие от Луки и десять посланий Павла, удалив места, противоречившие его взглядам.

Иногда говорят, что Маркион создал саму идею новозаветного канона и вынудил церковь ответить собственным. Большинство учёных сейчас считают, что это преувеличивает его влияние: церковь уже читала Евангелия и Павла как авторитетные. Но вызов Маркиона действительно подтолкнул христианских учителей яснее сказать, какие книги приняты и почему. Ириней и Тертуллиан подробно писали против него.

Края собрания

Хотя Евангелия, Деяния и послания Павла к концу II века были приняты повсеместно, к некоторым другим книгам в разных местах относились по-разному.

  • Послание к Евреям рано приняли на Востоке, часто как послание Павла, но на Западе, где сомневались в его авторстве, его ставили под вопрос.
  • Откровение было широко принято на Западе, но в некоторых областях Востока его ставили под вопрос, отчасти из-за споров о его учении о конце века.
  • Некоторые из более коротких соборных посланий — Иакова, 2 Петра, 2 и 3 Иоанна и Иуды — были менее известны или реже использовались, и некоторые авторы выражали в них сомнения.
  • С другой стороны, некоторые церкви читали книги, которые в конце концов не вошли в канон, такие как Пастырь Ермы, Послание Варнавы, 1-е послание Климента и Дидахе. Синайский кодекс IV века включает Варнаву и Ерму после Откровения.

Это хорошо видно по документу под названием Мураториев фрагмент — латинскому списку новозаветных книг. Он принимает четыре Евангелия, Деяния, тринадцать посланий Павла, Иуду, два послания Иоанна и Откровение, а вместе с ними Премудрость Соломона; он упоминает Апокалипсис Петра как спорный; и он говорит, что Пастыря Ермы можно читать, но не публично в церкви, потому что он написан недавно. Большинство учёных датируют его концом II века, хотя некоторые, вслед за Альбертом Сандбергом и Джеффри Ханеманом, отстаивают IV век.

Ориген и Евсевий

В III веке Ориген Александрийский, много путешествовавший и знавший обычаи многих церквей, различал книги, принятые повсюду, и книги, оспариваемые в некоторых местах.

В начале IV века историк Евсевий Кесарийский провёл похожий обзор («Церковная история» 3.25). Он разделил книги на:

  • признанные книги (четыре Евангелия, Деяния, послания Павла вместе с Посланием к Евреям, 1 Иоанна, 1 Петра и, с колебанием, Откровение);
  • оспариваемые книги, «которые, однако, известны большинству» (Иакова, Иуды, 2 Петра, 2 и 3 Иоанна);
  • подложные книги, которые некоторые церкви читали, но которые не были приняты (например, Ерма и Варнава);
  • и книги, выдвинутые еретиками под именами апостолов, такие как Евангелие от Петра и Евангелие от Фомы, которые он прямо отвергает как нелепые и нечестивые.

Обзор Евсевия показывает, что канон церкви складывался главным образом по общему согласию и что к его времени оспариваемых книг было мало, и они были небольшими.

Афанасий и соборы

В 367 году н. э. Афанасий, епископ Александрийский, разослал церквям Египта своё ежегодное пасхальное послание. В тридцать девятом Праздничном послании он перечислил книги Ветхого и Нового Заветов. Его список Нового Завета — это в точности те двадцать семь книг, которые есть у нас сегодня. «Вот источники спасения», — писал он, и «пусть никто ничего не прибавляет к ним и ничего не отнимает от них». Он добавил, что другие книги, такие как Дидахе и Пастырь, могут читать новообращённые для наставления, но в канон они не входят.

На Западе поместные соборы в Гиппоне (393) и Карфагене (397 и 419), в которых участвовал Августин, перечислили те же двадцать семь книг. Папа Иннокентий I дал похожий список в 405 году. На Востоке некоторые церкви медленнее принимали Откровение, а сирийская церковь долгое время пользовалась более коротким каноном. Но с конца IV века двадцать семь книг были Новым Заветом для огромного большинства христиан и остаются им сегодня в католической, православной и протестантских церквях.

Стоит заметить, что именно сделали соборы. Они не создали канон; они признали и подтвердили книги, которые церкви читали — в большинстве случаев уже два столетия или больше.

Края после Афанасия

Согласие о двадцати семи книгах не закрыло всех вопросов. Некоторые церкви веками сохраняли собственные списки.

  • Сирийские церкви. В Пешитте, общепринятой сирийской Библии с начала V века, всего двадцать две книги. В ней нет 2 Петра, 2 и 3 Иоанна, Иуды и Откровения, и некоторые сирийские церкви до сих пор читают за богослужением только эти двадцать две (см. Пешитта и сирийская Библия).
  • Эфиопская церковь. Эфиопская православная церковь Тевахедо принимает двадцать семь книг, а также, в том, что учёные называют её более широким каноном, несколько книг о церковном устройстве и наставлении, таких как Синодос, Книга Завета, эфиопский Климент и Дидаскалия (см. Древние Библии Африки: коптская и на геэз).

На Западе старые вопросы вернулись в эпоху Реформации. Учёные Возрождения снова читали Евсевия и Иеронима и увидели, что некоторые книги когда-то оспаривались. Эразм и католический кардинал Каэтан оба сомневались, что Послание к Евреям написал Павел. Мартин Лютер пошёл дальше. В своём немецком Новом Завете сентября 1522 года он поместил Послание к Евреям, Иакова, Иуды и Откровение вместе в конце, без номеров, отдельно от остальных двадцати трёх. В предисловии он назвал Послание Иакова «соломенным посланием» в сравнении с книгами, которые, на его взгляд, яснее всего показывали Христа, хотя эту фразу убрали из изданий после 1537 года. Лютер не удалил эти четыре книги; он переводил и печатал их. Но он ставил их ниже, и лютеранские Библии долго сохраняли его порядок.

Тридентский собор 8 апреля 1546 года ответил тем, что перечислил все книги обоих Заветов, в том числе все двадцать семь книг Нового, как священные и канонические. Реформатские исповедания, такие как Галликанское исповедание 1559 года и Бельгийское исповедание 1561 года, тоже перечисляли двадцать семь книг. Так что Реформация при всех своих спорах закончилась тем, что у католиков и протестантов оказался один и тот же Новый Завет.

Open Word Bible переводит эти двадцать семь книг в том порядке, которым сегодня пользуется большинство Библий. Сам этот порядок — традиция, а не часть текста: греческие рукописи часто ставят Деяния и соборные послания перед Павлом, а Послание к Евреям иногда стоит среди посланий Павла, перед посланиями к Тимофею.

Как церковь решала?

Раннехристианские авторы упоминают несколько соображений, которые учёные часто сводят к трём вопросам:

  • Апостольское происхождение. Написана ли книга апостолом или кем-то, тесно связанным с апостолами, как Марк (с Петром) или Лука (с Павлом)?
  • Согласие с верой. Согласна ли она с «правилом веры» — основным учением, переданным в церквях от апостолов?
  • Широкое и давнее употребление. Читали и ценили ли её в церквях по всему христианскому миру с ранних времён?

Майкл Крюгер утверждает, что наряду с этим христиане верили, что книги канона несут собственный авторитет: церковь узнавала в них голос своего Господа, а не наделяла их авторитетом. Ли Мартин Макдональд подчёркивает человеческий, исторический процесс, через который общины пришли к согласию. Обе точки зрения описывают реальные стороны этой истории.

А как же другие евангелия?

Такие книги, как Евангелие от Фомы, Евангелие от Петра или Евангелие от Иуды, иногда представляют как «утраченные евангелия», которые несправедливо исключили. На самом деле они были известны ранней церкви, их обсуждали и в целом отвергли, потому что они были позднее четырёх Евангелий, не были надёжно связаны с апостолами или учили иному. Большинство учёных датируют их II веком или позже. Они ценны для понимания разнообразия раннего христианства, но нет никаких свидетельств, что какое-либо из них когда-либо широко читалось как Писание наряду с четырьмя Евангелиями.

Источники

  • Афанасий. Праздничное послание 39 (367 год н. э.).
  • Bruce, F. F. The Canon of Scripture. Downers Grove, IL: InterVarsity, 1988.
  • Евсевий. «Церковная история» 3.25; 6.25.
  • Тридентский собор. Декрет о канонических Писаниях. Четвёртая сессия, 8 апреля 1546 года.
  • Gallagher, Edmon L., and John D. Meade. The Biblical Canon Lists from Early Christianity: Texts and Analysis. Oxford: Oxford University Press, 2017.
  • Hahneman, Geoffrey Mark. The Muratorian Fragment and the Development of the Canon. Oxford: Clarendon, 1992.
  • Hill, Charles E. Who Chose the Gospels? Probing the Great Gospel Conspiracy. Oxford: Oxford University Press, 2010.
  • Ириней. «Против ересей» 3.11.8.
  • Иустин Мученик. «Первая апология» 67.
  • Kruger, Michael J. Canon Revisited: Establishing the Origins and Authority of the New Testament Books. Wheaton, IL: Crossway, 2012.
  • Luther, Martin. Das Newe Testament Deutzsch. Wittenberg, 1522. Prefaces in Luther’s Works, vol. 35, Word and Sacrament I. Philadelphia: Muhlenberg, 1960.
  • McDonald, Lee Martin. The Biblical Canon: Its Origin, Transmission, and Authority. Peabody, MA: Hendrickson, 2007.
  • Metzger, Bruce M. The Canon of the New Testament: Its Origin, Development, and Significance. Oxford: Clarendon, 1987.
  • Библейские цитаты в русском тексте приводятся по переводу Open Word Bible; в английском оригинале статьи они взяты из World English Bible (общественное достояние), кроме мест, где статья даёт собственный буквальный перевод.